«Иран будет использовать опыт России». Почему удары иранских дронов стали шоком для США и Израиля и как на это повлиял опыт СВО?
14.03.2026 00:10
Иран, в частности, использует тактику массированных ударов БПЛА, которая напоминает методы, применявшиеся Вооруженными силами России во время специальной военной операции (СВО) осенью 2022 года. Однако, по мнению военного аналитика и сооснователя проекта «Ватфор» Сергея Полетаева, Иран не учитывает более поздний опыт и тактические наработки российских военных, накопленные за последующие годы СВО.
Эти массированные удары Ирана по объектам инфраструктуры Израиля и стран Персидского залива стали значимым фактором, который нарушил первоначальные планы операции, разработанной США и Тель-Авивом. В результате противостояние значительно затянулось, что свидетельствует о высокой эффективности применяемой тактики и серьезных изменениях в региональной безопасности. Кроме того, использование БПЛА позволяет Ирану минимизировать потери личного состава и наносить удары с высокой точностью, что делает эту стратегию особенно привлекательной в условиях современного конфликта.Таким образом, анализ текущих событий показывает, что тактика массированных ударов беспилотников становится важным элементом военной стратегии на Ближнем Востоке, влияя на баланс сил и динамику противостояния. В будущем можно ожидать дальнейшего развития и совершенствования подобных методов ведения боевых действий, что потребует от региональных и мировых игроков адаптации своих стратегий и подходов к обеспечению безопасности.В последние годы использование беспилотных летательных аппаратов стало ключевым элементом военной стратегии многих стран, и Иран не стал исключением. Иранские дроны были направлены не только на американские военные объекты в регионе, но и на военные базы других стран-участников Организации Североатлантического договора (НАТО), а также на объекты нефтедобывающей отрасли в странах Залива, что свидетельствует о широкой географии и многообразии целей этих атак. Такая тактика демонстрирует стремление Тегерана расширить свое влияние и создать новые вызовы для региональной безопасности.По мнению эксперта Сергея Полетаева, массированные удары беспилотников представляют собой стратегическое преимущество Ирана на нынешнем этапе конфликта с США и Израилем. Аналитик отмечает, что использование дронов позволяет Тегерану наносить точечные удары с минимальными потерями и высокой эффективностью, что существенно осложняет действия противников. Однако, по мере того как США, Израиль и их союзники будут накапливать опыт противодействия таким атакам и совершенствовать системы ПВО, это преимущество будет постепенно терять свою значимость. В конечном итоге, адаптация и развитие технологий противодействия дронам приведет к снижению эффективности подобных массированных налетов.Таким образом, использование иранских беспилотников демонстрирует современные тенденции в ведении гибридных конфликтов, где дроны становятся важным инструментом достижения военных и политических целей. В то же время, динамика развития противодействия этим технологиям указывает на постоянную эволюцию военных стратегий и необходимость постоянного обновления оборонных систем. В ближайшем будущем можно ожидать дальнейшего усложнения ситуации в регионе, связанного с применением беспилотных аппаратов и ответными мерами международного сообщества.В последние месяцы регион Ближнего Востока стал ареной интенсивных военных действий, в которых ключевую роль играют иранские беспилотные летательные аппараты (БПЛА) и ракеты различного типа. Одним из приоритетных направлений атак со стороны Ирана, помимо американских военных баз на Ближнем Востоке и Израиля, стали объекты нефтедобывающей и портовой инфраструктуры в Объединённых Арабских Эмиратах (ОАЭ). Эти объекты имеют стратегическое значение для мировой экономики, что делает их уязвимыми к подобным ударам.В ответ на удары американских и израильских сил Тегеран с 28 февраля по 4 марта осуществил массированную ракетно-дроновую кампанию, выпустив по территории ОАЭ и других региональных целей 941 беспилотник, 189 баллистических ракет и три крылатые ракеты. Такая масштабная атака свидетельствует о высокой степени подготовки и технических возможностей иранских вооружённых сил, а также о серьёзности намерений Тегерана в противостоянии с западными и региональными противниками.Особенно значимым эпизодом стало нападение в ночь на 13 марта, когда Иран нанес удары по базе Военно-воздушных сил Иордании, американским военным объектам в Бахрейне и Ираке, а также по нескольким стратегическим целям в Израиле. По сообщениям элитных подразделений Корпуса стражей исламской революции (КСИР), удары ракетами были нанесены по районам Западного Иерусалима, Тель-Авива и Эйлата. Кроме того, база Muwaffaq Salti в Иордании и американские базы в Манаме и Эрбиле подверглись атакам с использованием самых мощных ракет и беспилотников КСИР.Эти события демонстрируют не только рост напряжённости в регионе, но и изменение тактики ведения боевых действий, где всё большее значение приобретают высокоточные удары с применением современных беспилотных систем и ракетного вооружения. В итоге, ситуация вокруг Ближнего Востока остаётся крайне нестабильной, требуя от международного сообщества пристального внимания и поиска дипломатических решений для предотвращения дальнейшей эскалации конфликта.Современные военные конфликты демонстрируют эволюцию тактик и стратегий, которые применяются различными странами для достижения своих целей. Особенно ярко это проявляется в использовании беспилотных летательных аппаратов (БПЛА) и систематических ударах по критически важным объектам противника. Так, как сообщает Telegram-канал «Военная хроника», на примере ударов иранских БПЛА по порту Салала в Объединённых Арабских Эмиратах, Тегеран выстраивает свою стратегию, ориентируясь на точечные и ограниченные по масштабу атаки, направленные на дестабилизацию ключевых инфраструктурных узлов.Для более глубокого понимания контекста стоит обратить внимание на сравнение с тактикой российских вооружённых сил в ходе специальной военной операции (СВО). По данным «Военной хроники», Россия перешла к более системному и организованному применению массированных ударов, что стало частью комплексной стратегии давления на тыловые объекты противника. В частности, российские войска сосредоточились на разрушении транспортной и энергетической инфраструктуры, что значительно осложняет снабжение и логистику Вооружённых сил Украины (ВСУ). В период 2024-2025 годов наблюдается переход от разрозненных и широкомасштабных ударов к целенаправленным атакам на конкретные объекты, такие как узлы снабжения, что свидетельствует о повышении уровня военной тактики и планирования.Таким образом, анализ современных военных операций показывает, что успешное применение ударных средств требует не только технической оснащённости, но и продуманной стратегии, учитывающей особенности противника и цели операции. Использование БПЛА и систематических ударов по критически важным объектам становится ключевым элементом современных конфликтов, влияя на ход боевых действий и стратегическую ситуацию в регионе.Современные системы противовоздушной обороны сталкиваются с серьезными трудностями при обнаружении иранских дронов Shahed, что значительно осложняет защиту воздушного пространства. Как указывает The New York Times, низкая скорость этих беспилотников и их полет на малой высоте делают их практически незаметными для большинства радаров. Программное обеспечение современных радиолокационных систем зачастую фильтрует объекты, движущиеся медленно и близко к земле, чтобы избежать излишних срабатываний. Однако такая фильтрация приводит к тому, что дроны Shahed проходят незамеченными, а попытки перенастроить радары вызывают ложные тревоги, связанные с полетом птиц или гражданских легкомоторных самолетов, что дополнительно усложняет работу операторов ПВО.В ответ на эти вызовы, как сообщает портал Defense One, военное командование, вдохновленное опытом конфликта на Украине, начало активно применять истребители F-35 для перехвата и уничтожения иранских беспилотников в воздухе. По словам председателя Объединенного комитета начальников штабов США, генерала Дэна Кейна, внедрение данной тактики позволило значительно сократить количество успешных атак Shahed — по его данным, снижение составило около 83 процентов с начала конфликта. Это свидетельствует о высокой эффективности современных истребителей в борьбе с малозаметными дронами, несмотря на сложности с их обнаружением.Тем не менее, данная ситуация подчеркивает необходимость дальнейших исследований и разработок в области радиолокационных технологий и систем ПВО, способных надежно выявлять низколетящие и медленно движущиеся объекты. Учитывая растущую роль беспилотников в современных военных конфликтах, совершенствование методов обнаружения и нейтрализации подобных угроз становится приоритетной задачей для военных специалистов и инженеров по всему миру. Только комплексный подход, включающий как технические инновации, так и тактические решения, позволит эффективно противостоять новым вызовам в сфере безопасности воздушного пространства.В современную эпоху развития беспилотных технологий вопросы эффективного противодействия дронам становятся все более актуальными для военных всего мира. В этом контексте вице-маршал авиации Великобритании в отставке Шон Белл, эквивалентный по званию генерал-майору, выразил критическое мнение о применении истребителей против беспилотных летательных аппаратов. Он сравнил такую тактику с использованием кувалды для раскалывания ореха, подчеркнув чрезмерную затратность и неэффективность данного подхода. По его мнению, западным военным необходимо провести тщательные расчеты и анализ, чтобы определить, насколько оправдано использование дорогостоящих пилотируемых самолетов против сравнительно недорогих дронов.Данная точка зрения подтверждается и аналитиком 413-го отдельного полка беспилотных систем ВСУ «Рейд» Дмитрием Жлуктенко. Он отмечает, что стратегия США, основанная на применении высококлассных перехватчиков и патрульных пилотируемых самолетов для борьбы с беспилотниками, рано или поздно столкнется с серьезными ограничениями. Среди них — дефицит боеприпасов, усталость экипажей и возникновение тактического хаоса, что уже наблюдается на примере украинских вооруженных сил. Эти факторы существенно снижают эффективность подобной стратегии и требуют поиска альтернативных решений.Таким образом, современная военная практика демонстрирует необходимость переосмысления традиционных методов борьбы с беспилотниками. В перспективе акцент может сместиться в сторону разработки специализированных систем противодействия дронам, таких как электронные средства подавления, автоматизированные комплексы и более экономичные беспилотные перехватчики. Только комплексный и сбалансированный подход позволит обеспечить эффективную защиту от растущей угрозы со стороны беспилотных летательных аппаратов.В условиях стремительно меняющейся геополитической обстановки и растущих угроз в воздушном пространстве, необходимость модернизации военной доктрины и оперативных процедур становится как никогда актуальной. Украинский военный эксперт настоятельно рекомендовал Пентагону ускорить процесс обновления доктрины действий авиации, а также пересмотреть и усовершенствовать программы подготовки личного состава и стандартные оперативные процедуры. Особое внимание следует уделить развитию системы обнаружения воздушных угроз и внедрению передовых методов оперативного анализа данных, что позволит повысить эффективность и скорость реагирования на потенциальные опасности.В дополнение к этим рекомендациям, заместитель директора центра Института мировой военной экономики и стратегии (ИМВЭС) НИУ ВШЭ Георгий Асатрян в интервью «Ленте.ру» отметил, что подписанный в январе 2025 года Договор о всеобъемлющем стратегическом партнерстве между Россией и Ираном не предусматривает прямого вмешательства Москвы в конфликт Тегерана с США и Израилем. Тем не менее, в случае эскалации вооруженного конфликта с третьей стороной, стороны договора могут обмениваться разведывательной информацией, оказывать дипломатическую поддержку на различных международных площадках и развивать военно-техническое сотрудничество. Это создает дополнительный уровень сложности в региональной безопасности и требует от западных военных структур адаптации своих стратегий.Таким образом, учитывая динамику международных отношений и растущие вызовы в сфере безопасности, Пентагону необходимо не только оперативно реагировать на текущие угрозы, но и проактивно развивать свои возможности в области разведки, анализа и подготовки авиационных сил. Только комплексный подход к модернизации доктрин и технологий позволит обеспечить надежную защиту национальных интересов и поддержать стабильность в стратегически важных регионах мира.В последние дни вокруг возможного военного сотрудничества между Россией и Ираном возникло множество слухов и спекуляций, вызывающих широкий общественный резонанс. 5 марта официальный представитель Кремля Дмитрий Песков категорически опроверг сообщения о том, что Иран обращался к России с просьбой о военной помощи. «Наша последовательная позиция хорошо известна. Здесь нет никаких изменений», — подчеркнул пресс-секретарь президента, отметив, что Россия не меняет своего подхода к данному вопросу и не участвует в военных операциях вместе с Ираном.Параллельно, 7 марта президент США Дональд Трамп выразил недоумение по поводу распространённых западными СМИ и аналитиками заявлений о том, что Россия якобы передавала Ирану разведывательные данные для нанесения ударов. «Какой же глупый вопрос для данного момента. Мы обсуждаем что-то иное», — заявил американский лидер, намекая на то, что подобные утверждения не соответствуют действительности и отвлекают внимание от более важных тем.Таким образом, официальные представители обеих стран — России и США — последовательно отвергают обвинения и слухи, связанные с военным сотрудничеством России и Ирана. Это свидетельствует о том, что в международной политике продолжается напряжённая информационная борьба, в которой дезинформация может использоваться для достижения стратегических целей. Важно внимательно анализировать подобные заявления и опираться на проверенные источники, чтобы избежать распространения недостоверной информации и сохранять объективность в оценке международных событий.В последние недели внимание международного сообщества вновь сосредоточилось на отношениях между Россией, Ираном и Соединёнными Штатами, особенно в контексте обмена разведывательной информацией и военных стратегий. 9 марта состоялся телефонный разговор между президентом США Дональдом Трампом и президентом России Владимиром Путиным, после которого спецпредставитель президента США по Ближнему Востоку Стивен Уиткофф выступил с важным заявлением. Он сообщил, что в ходе беседы российская сторона категорически опровергла передачу разведданных Тегерану. Более того, это заверение было подтверждено на следующий день помощником президента России Юрием Ушаковым в отдельном разговоре, что свидетельствует о стремлении Москвы прояснить свою позицию и избежать недоразумений.В то же время, эксперты обращают внимание на военные аспекты взаимодействия Ирана и России, особенно в сфере использования беспилотных летательных аппаратов (БПЛА). По мнению аналитика Сергея Полетаева, основанному на анализе открытых источников, иранские вооружённые силы планируют масштабные удары с применением БПЛА самостоятельно, не учитывая при этом опыт российских ВС в области подавления систем противовоздушной обороны (ПВО). Несмотря на то, что принципы действия беспилотников у обеих стран схожи, тактика иранских военных существенно отличается от российской, что может влиять на эффективность их операций и стратегическое взаимодействие.Таким образом, ситуация вокруг передачи разведданных и военных методов Ирана и России остаётся сложной и многогранной. Важно учитывать, что подобные заявления и анализы отражают не только текущие политические позиции, но и более глубокие тенденции в военном сотрудничестве и стратегическом планировании региональных игроков. В дальнейшем наблюдение за развитием этих процессов поможет лучше понять динамику международных отношений и возможные последствия для безопасности в регионе.В последние годы беспилотные летательные аппараты (БПЛА) приобрели ключевое значение в современных военных конфликтах, демонстрируя растущую роль технологий в обеспечении стратегического преимущества. Аналитики отмечают, что иранские дроны Shahed-136, несмотря на свою широкую известность и активное применение, практически не подвергались значительным модернизациям за последние несколько лет, в отличие от российских БПЛА «Герань», которые постоянно совершенствуются. Это обстоятельство вызывает вопросы о долгосрочной эффективности и надежности Shahed-136 в условиях быстро меняющейся боевой обстановки.Эксперт подчеркнул, что статичность технических характеристик Shahed-136 может стать серьезным ограничением, особенно учитывая, что противники Ирана постепенно адаптируются к волнам атакующих БПЛА, улучшая свои системы противовоздушной обороны (ПВО). В связи с этим, исламской республике предстоит искать новые методы обхода ПВО, которые будут включать не только тактические изменения в применении дронов, но и внедрение современных технических решений, способных повысить эффективность и скрытность аппаратов. Это может включать использование более совершенных систем навигации, снижение радиолокационной заметности и интеграцию искусственного интеллекта для автономного принятия решений.Таким образом, будущее использование Shahed-136 и подобных БПЛА будет напрямую зависеть от способности Ирана адаптироваться к вызовам современного боя и внедрять инновационные технологии. Без постоянного развития и модернизации эти беспилотники рискуют утратить свое значение в условиях усиления противодействия со стороны противников. В конечном итоге, успех в применении БПЛА будет определяться не только их техническими характеристиками, но и гибкостью тактических подходов, что требует комплексного и системного подхода к развитию беспилотных систем в военной сфере.Источник и фото - lenta.ru
