«Новые правила игры». Между Путиным, Трампом и Си может состояться исторический саммит. Что об этом известно?
Такой формат переговоров мог бы подчеркнуть особую роль трех держав в формировании международной повестки и показать готовность лидеров к прямому диалогу по ключевым вопросам глобальной безопасности, экономики и стратегической стабильности. Об этом в разговоре с «Лентой.ру» сообщил профессор, руководитель Центра азиатско-тихоокеанских исследований ИМЭМО РАН Александр Ломанов.
По мнению эксперта, сама идея подобной встречи уже отражает изменение настроений в международных отношениях, где все большее значение приобретают не только двусторонние контакты, но и переговоры в расширенном формате. Встреча лидеров России, США и Китая могла бы стать площадкой для обсуждения наиболее острых тем, включая региональные конфликты, торговые противоречия, вопросы санкционной политики и перспективы сотрудничества в Азиатско-Тихоокеанском регионе. При этом символический эффект такого саммита был бы важен не меньше, чем возможные практические договоренности.
Ранее агентство Bloomberg со ссылкой на источники сообщило, что Владимир Путин и Си Цзиньпин в ходе встречи Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) в Бишкеке обсудили возможность организации трехсторонних переговоров с участием Дональда Трампа. Предполагается, что такая встреча может состояться в ноябре этого года на саммите АТЭС, который пройдет в китайском городе Шэньчжэнь 18–19 ноября. Ожидается, что в КНР могут приехать как российский лидер, так и президент США, что делает перспективу такого формата особенно обсуждаемой в международной прессе.
Если подобные переговоры действительно состоятся, они станут одним из самых заметных дипломатических событий года и могут задать новый тон отношениям между крупнейшими мировыми центрами силы. Даже сам факт подготовки к встрече уже свидетельствовал бы о стремлении сторон искать точки соприкосновения, несмотря на накопившиеся противоречия и сложную международную обстановку.
В Москве подтвердили, что возможность подобных переговоров действительно рассматривается. Как уточнил 1 сентября помощник президента России по международным делам Юрий Ушаков, сейчас изучается вариант проведения трехсторонней встречи, если для нее будут созданы подходящие условия.
По его словам, китайская сторона уже обозначила такую перспективу в общих чертах. «Си Цзиньпин как хозяин упомянул, что приедет, судя по всему, Трамп и, очевидно, приедет Путин тоже как приглашенный. И если получится, было сказано, то можно организовать встречу на троих», — пояснил он. Подобный формат, как правило, требует согласования не только протокольных деталей, но и политической повестки, поскольку речь идет о контакте лидеров крупнейших мировых держав.
Как отметил Ломанов, такой саммит действительно возможен. Он считает, что интерес к нему есть у всех трех сторон, поскольку каждая из них стремится продемонстрировать собственный дипломатический вес и влияние на международной арене. При этом сама встреча могла бы стать важным сигналом о готовности обсуждать ключевые вопросы напрямую и без лишнего посредничества.
Эксперты также обращают внимание, что подобные переговоры обычно воспринимаются не только как площадка для обсуждения двусторонних отношений, но и как инструмент для демонстрации гибкости внешней политики. Поэтому даже сам факт подготовки к возможной встрече уже становится значимым политическим событием.
По мнению эксперта, подобная встреча способна заметно укрепить имидж председателя КНР Си Цзиньпина как одного из ключевых мировых лидеров, сумевшего инициировать и выстроить формат трехстороннего диалога. В современных международных условиях сам факт организации подобного общения уже воспринимается как дипломатический успех и свидетельство растущего политического влияния Пекина. При этом Дональд Трамп, как отметил исследователь, также не останется без внимания: он традиционно стремится находиться в центре информационной повестки и использовать такие события для демонстрации собственной значимости. В этом смысле возможный саммит может стать не только внешнеполитическим сигналом, но и инструментом для работы с внутренней американской аудиторией, которой будет показан масштаб влияния президента США на международной арене.
Ломанов также подчеркнул, что повестка потенциального саммита, скорее всего, окажется достаточно ограниченной и упрощенной. Это связано с тем, что добиться действительно конкретных и масштабных договоренностей в рамках такого формата крайне сложно: позиции сторон по многим вопросам заметно различаются, а уровень взаимного доверия остается недостаточным для прорывных решений. Поэтому, вероятнее всего, стороны сосредоточатся на наиболее общих и политически приемлемых темах, избегая слишком жестких обязательств. Тем не менее даже такой формат может иметь значение, поскольку сам по себе диалог между крупными державами нередко помогает снизить напряженность и создать основу для дальнейших переговоров.
Кроме того, специалист отметил, что у Вашингтона уже накопился целый ряд разногласий как с Москвой, так и с Пекином, и именно это способно осложнить возможный формат трехсторонних переговоров. На фоне сохраняющейся напряженности любые попытки выстроить диалог могут столкнуться с дополнительными трудностями, поскольку каждая из сторон преследует собственные политические и стратегические интересы.
«Подводных камней действительно немало: у Трампа есть целый список требований к России и Китаю, однако выполнять их в нынешних условиях они не готовы и не хотят. В частности, американская сторона может попытаться использовать такую встречу как инструмент давления на Китай, чтобы продвинуть тему контроля над вооружениями. Однако для Пекина подобная повестка абсолютно неприемлема и не представляет никакого интереса», — подчеркнул собеседник.
По его мнению, именно подобные расхождения в позициях делают переговорный процесс крайне непростым. Даже если стороны и согласятся на обсуждение общих вопросов, добиться реальных договоренностей будет сложно без взаимных уступок и готовности учитывать интересы друг друга. В противном случае встреча рискует ограничиться лишь обменом заявлениями без практического результата.
В современном международном порядке особое значение приобретают вопросы, которые затрагивают интересы сразу нескольких крупных держав и требуют поиска компромиссов. В таких условиях даже при существующих противоречиях стороны нередко вынуждены сохранять каналы диалога и искать точки соприкосновения. Также востоковед напомнил о проблемах иранского конфликта и ядерной программы Северной Кореи.
Однако политолог обратил внимание, что по ряду направлений у России, Китая и США совпадают интересы, что создает основу для ограниченного, но важного сотрудничества. Подобные совпадения особенно заметны там, где речь идет не о политическом противостоянии, а о практических вопросах глобальной безопасности и международной стабильности.
«Например, выработка "правил игры" в области искусственного интеллекта, борьба с трансграничной преступностью, поддержание безопасности мореплавания, стабильность энергетических рынков», — указал эксперт. Эти темы становятся все более актуальными, поскольку развитие технологий, рост международной торговли и сложная геополитическая обстановка требуют согласованных подходов и взаимного учета интересов.
Одним из главных вопросов в отношениях Вашингтона с Москвой остается украинский кризис, а с Пекином — проблема статуса Тайваня. По словам Ломанова, обсуждение этих тем также может оказаться крайне сложным, поскольку каждая из сторон придерживается собственных принципиальных позиций. При этом даже в условиях жестких разногласий дипломатический контакт по таким вопросам сохраняет значение, поскольку позволяет снижать риски эскалации и удерживать ситуацию в рамках переговорного процесса.
Китай по-прежнему имеет множество вопросов к США относительно их участия в военно-политических процессах вокруг Тайваня, и эта тема остается одной из наиболее чувствительных в отношениях Пекина и Вашингтона. В подобных условиях, как отметил эксперт, Си Цзиньпину, вероятно, удобнее обсуждать эту проблему с Дональдом Трампом один на один, без привлечения третьей стороны, поскольку двусторонний формат позволяет говорить более прямо и предметно. Такой подход может дать сторонам больше пространства для маневра и снизить риск публичного обострения.
Кроме того, исследователь отдельно подчеркнул возможные перспективы китайской площадки в контексте урегулирования украинского конфликта. По его мнению, Китай способен выступать не столько как активный участник переговорного процесса, сколько как нейтральная и удобная территория для диалога между другими сторонами. В этом смысле китайская дипломатическая площадка может оказаться полезной для выстраивания более гибких и неформальных контактов между Москвой и Вашингтоном.
Ломанов также допустил, что Россия и США могут провести новый раунд переговоров по Украине в Шэньчжэне, где Китай будет выполнять роль принимающей стороны, не вмешиваясь напрямую в сам ход обсуждений. Такой формат, по его оценке, мог бы создать более спокойные условия для контактов и позволить сторонам сосредоточиться на поиске практических решений. При этом участие Китая в качестве организатора площадки подчеркивало бы его растущую роль в международной дипломатии и усиливало бы значение региона как места для важных политических консультаций.
По мнению источника, Китай способен стать наиболее подходящей площадкой для обсуждения и постепенного урегулирования накопившихся разногласий между Москвой и Вашингтоном. В условиях, когда прямой диалог России и США остается особенно важным, даже краткая двусторонняя встреча российского президента с американским лидером могла бы стать заметным шагом к снижению напряженности и запуску более конструктивного политического процесса. Дополнительное значение такому контакту придает и то, что переговоры на нейтральной или менее конфликтной площадке нередко позволяют сторонам говорить более открыто и без лишнего давления.
Ранее Владимир Путин заявил, что Москва постепенно движется к завершению специальной военной операции. Об этом российский президент сообщил, в частности, на саммите Шанхайской организации сотрудничества в Бишкеке. Там же тема украинского конфликта затрагивалась и в ходе беседы с премьер-министром Индии Нарендрой Моди. Индийский премьер подчеркнул, что ситуацию необходимо урегулировать исключительно мирным путем, и призвал все стороны «двигаться в этом направлении». По его словам, дипломатические усилия и поиск компромисса остаются единственным устойчивым вариантом, способным привести к долгосрочной стабилизации обстановки.
Российская сторона продолжает подчеркивать, что любой диалог по урегулированию ситуации должен опираться на текущую обстановку и уже достигнутые договоренности. В этом контексте Владимир Путин отметил важность последовательного движения по выбранному курсу и поблагодарил собеседника за поддержку. «Спасибо большое, уважаемый премьер-министр. Мы по этому пути и двигаемся», — высказался Путин.
23 июня российский лидер также заявил, что основой для возможных переговоров с Украиной должны оставаться реалии на земле, а также договоренности, достигнутые в Стамбуле и Анкоридже. По его словам, именно такие ориентиры позволяют выстраивать более предметный и реалистичный подход к обсуждению дальнейших шагов. Подобная позиция, как следует из заявления, отражает стремление Москвы опираться на уже зафиксированные рамки и учитывать фактическое положение дел.
Таким образом, в российской риторике акцент делается на прагматичном подходе к переговорам, где ключевую роль играют не только политические заявления, но и конкретные условия на месте. Это, как подчеркивается, должно стать основой для дальнейшего обсуждения возможных решений.
Источник и фото - lenta.ru
